Солнечный зайчик.

Аллен смотрел в иллюминатор на проплывающие мимо облака. Он специально выбирал себе место у окна, чтобы любоваться величественными пейзажами. Высоты он не боялся, летать тоже. К тому же постоянные перелеты были частью его работы, поэтому он настолько к ним привык, что потерял давно какое-либо чувство страха перед небом. Мужчина уже помнил наизусть, как и что должно происходить во время перелета: сколько длиться взлет, когда разносят еду, какое объявление делает по громкой связи командир корабля и даже знал дословно все, что написано в листке по технике безопасности. Сегодняшний рейс ничуть не отличался от десятка других, на которых побывал Аллен. Вскоре он перестал думать о самом полете, а размышлял о том, что будет происходить по прибытие в город, куда он летел.

Аллен работал журналистом, и материал, который он вёз в своем ноутбуке должен был принести ему некоторое продвижение по карьерной лестнице. Он размышлял о предстоящем повышении довольно улыбаясь и даже слегка щурясь, как сытый кот. Материал его был настолько ценным, что он даже не рискнул пересылать его, а решил привести самостоятельно. И сейчас в полете мужчина вновь почувствовал приступ вдохновения, которое, как известно, вещь капризная и требует немедленного внимания к себе. Поэтому, Аллен достал свой ноутбук, заблаговременно переведенный в режим полета, и принялся корректировать и дополнять написанную накануне статью. До посадки оставалось еще чуть больше часа, и его компьютер не представлял никакой опасности.

 Мужчина с легким раздражением опустил шторку иллюминатора. Рейс был дневной и солнце светило просто ослепительно ярко, и словно специально как раз с той стороны, где сидел Аллен. Но, даже несмотря на то, что половина пассажиров так же предпочла заслониться от навязчивых солнечных лучей, салон самолета все равно был заполнен ослепительным светом, что наводило на какие-то расслабляющие размышления о летнем отдыхе и июльском полдне.

 В голове Аллена мелькнула странная мысль, что солнце сегодня аномально яркое, прямо до ненормальности. Не должно быть такого ослепляющего солнца даже на такой большой высоте. Но, мужчина тут же отогнал от себя эту мысль, как назойливую муху. Аллен был человек практичный, и чудеса природы занимали его мало. Настолько мало, что он даже отказался оплачивать все каналы о природе для своего кабельного телевидения. Намного больше его интересовали факты из жизни людей, а особенно жареные факты и деньги. А природа с ее солнечной активностью редко могла преподнести что-нибудь подобное.

Мужчина погрузился в работу. Статья шла на удивление хорошо, мысли Аллена неслись так быстро, что его пальцы даже не успевали печатать. Он недовольно отмахнулся от разносившей напитки стюардессы, погруженный в свою работу. Как тут произошла самая неприятная мелочь, которая только могла случиться в подобной ситуации. Ноутбук предательски отключился, несмотря на полный заряд батареи. Аллен выругался и попытался включить его заново, но тот упорно не реагировал ни на какие команды.

«Только бы он заработал потом на земле, там же все материалы», - с опаской подумал мужчина.

Аллен конечно же сделал копии, но все равно, неработающий ноутбук - это большая неприятность.

«Как только сдам статью, сразу же куплю новый», - с раздражением подумал он, злорадно запихивая провинившийся компьютер обратно в сумку.

 Чтобы не упустить мысль, которая казалась ему удачной, Аллен достал обычный бумажный блокнот и ручку и по старинке принялся все записывать. Краем глаза он отметил, что сидящий в соседнем ряду мальчишка, озадаченно трясет свой планшет, не понимая, почему тот вдруг перестал показывать мультики.

«Не одному мне не везет», - подумал Аллен.

Но так как он был журналистом и привык подмечать особые детали, он по своей профессиональной привычке слегка привстал с кресла и оглядел салон. К его удивлению большинство пассажиров озадаченно смотрели на свои гаджеты, неожиданно переставшие работать.

«Ну и дела», - подумал мужчина. – «Глушат они их чем-то что ли, надо бы взять на заметочку», - решил он про себя, размышляя может ли в дальнейшем где-нибудь пригодиться информация о том, что на рейсах данной авиакомпании возникают проблемы в работе электроники.

«Главное, чтобы приборы в самом самолете работали исправно», - с некоторой тревогой думал Аллен, и на всякий случай поднял шторку иллюминатора.

Так ему становилось спокойнее, появлялось ощущение, что он следит за ситуацией. За стеклом не происходило ничего особенного. Самолет ровно летел по ослепительному солнечному небу, внизу были видны квадратики земли. Вроде бы все как обычно.

Аллен принялся записывать недавно возникшие в его голове мысли в блокнотик. Как вдруг услышал громкий шум, заставивший его вздрогнуть и выронить ручку на пол. Когда ты летишь в самолете, на большой высоте, любой посторонний резкий звук вызывает чувство страха. И первые возникающие в такой момент мысли обычно о том, что на борту что-то случилось, и они сейчас упадут. Грохот, испугавший Аллена, был похож на звук бьющегося стекла. Как будто разбился огромный стеклянный предмет. Словно с потолка на пол упала гигантская хрустальная люстра, какими украшают концертные залы.

 В салоне повисла мертвая тишина. Все пассажиры сидели с одинаково застывшими и напряженными выражениями на лицах. Никто не произносил ни слова. Все ждали, когда что-нибудь произойдет. По громкой связи тоже ничего не объявляли, стюардессы покинули салон, и не одной из них не было в поле зрения.

«Что же это такое?» - напряженно подумал Аллен. – «Неужели иллюминатор от чего-то разбился и посыпалось стекло? Но если иллюминатор, то была бы разгерметизация, и это бы уже все почувствовали. Неужели теракт? Нет, только не на самолете, на котором я лечу. В мире существуют сотни тысяч самолетов, пусть террористы выберут любой другой кроме этого. Но от чего же экипаж ничего не объявляет? Объяснили бы пассажирам, что произошло. Нет, если долечу живым точно напишу об этой авиакомпании…и на хорошую рецензию они могут не рассчитывать», -  с раздражением подытожил он.

Между тем остальные пассажиры тоже начали волноваться. Кто-то уже отстегнул свой ремень безопасности и привстал, надеясь лучше разглядеть то, что происходит. В салон, наконец, вошла одна из стюардесс. На лице ее застыло выражение добродушного спокойствия, встревоженной она совсем не выглядела.

 - Пожалуйста, не волнуйтесь, на борту все в порядке, у самолета повреждений нет. У нас с девочками, - виновато улыбнулась она, имея в виду себя и других стюардесс, - просто разбилось стекло.

И все как-то сразу выдохнули с облегчением и добродушно заулыбались. В салоне послышались весёлые разговоры. Дескать, это всего лишь стекло разбилось, а мы то так перепугались, вот умора. Аллен тоже на пару секунд успокоился. Но, потом вдруг встревожился еще больше, чем до этого. Постойте, какое еще стекло? Откуда это на самолете взялось такое стекло, которое можно вдруг неосторожно разбить и сказать, что ничего страшного. Что такого могли уронить эти стюардессы? Стеклянную бутылку? Но, если разбить одну бутылку в жизни не возникнет столько шума, способного напугать всех пассажиров. Да даже если разбить целый ящик стеклотары, все-равно выйдет тише.

Нет, что-то здесь не то. Неужели они просто успокаивают людей этой нелепостью, пытаясь скрыть какую-то страшную правду, чтобы не сеять панику? Аллен с тревогой оглядел салон, но остальные пассажиры выглядели совершенно спокойно, словно ничего особенного не произошло. Все дружелюбно болтали и смеялись. Даже как-то слишком дружелюбно. Неужели они не поняли какую откровенную чушь им только что сказали? Или у Аллена просто паранойя? Нет, он привык доверять себе и собственным ощущениям. И сейчас его интуиция не просто подсказывала, она буквально ревела как пароходная сирена, сообщая, что что-то здесь не так, и что это что-то может быть очень опасным для него.

Затем до уха Аллена донесся какой-то слабый мелодичный звон, словно где-то вдалеке звенели маленькие стеклянные колокольчики. Мужчина стал напряженно вслушиваться. Звук усиливался. Но, пассажиры ничего не замечали один лишь мальчик с соседнего ряда отложил неработающий планшет и с удивлением оглядывался по сторонам. Аллен позвал его.

- Слышишь?

 Мальчик задумчиво кивнул.

– Как будто елочные игрушки из коробки достают.

Его мама с интересом взглянула на сына, она судя по всему, по-прежнему ничего не слышала. Взгляд Аллена, блуждавший по салону и осматривавший ставших вдруг глухими пассажиров, упал на пол. И внутри у него все как-то неприятно похолодело. По полу, по направлению из салона бизнес класса катились большие стеклянные осколки. Такие бывают, если кто-то разбил хрустальную вазу. С каждым мгновением осколков становилось все больше и больше. Скоро уже почти весь пол в проходе был усыпан хрустальными черепками. Солнце, радостно освещавшее самолет, с готовностью отразилось от тысячи осколков и породило на свет сотни солнечных зайчиков. Теперь уже многие пассажиры, сначала дети, а потом и взрослые, обратили на это внимание. Они с восторгом смотрели на весело прыгающие по стенам салона солнечные блики.

«Да что же это такое! С ума они здесь все что ли посходили?» - с раздражением и ужасом одновременно подумал Аллен, нажимая кнопку вызова стюардессы.

Через несколько минут к нему подошла борт проводница. Пока она шла в его сторону, мужчине стало еще больше не по себе. Потому что девушка наступала на стеклянные осколки, и они хрустели под ее ногами, только она не обращала на это ровным счетом никакого внимания.

«Одно из двух», - промелькнуло в голове у Аллена. – Либо в салон закачали дурманящий газ и все мы здесь стали неадекватными, либо с ума сошел один только я».

Аллену стало уже совсем страшно. Он был охотником за сенсациями, но не желал становиться их непосредственным участником. И мысль о том, что его имя попадет в список пассажиров очередного самолета, с которым что-то случилось, совсем его не радовала.

- Чем могу помочь? - обратилась к нему стюардесса с неизменно вышколенной вежливой улыбкой.

- У вас тут эээ стекло на полу, - почему-то замявшись проговорил Аллен, указывая на пол. Он чувствовал себя очень странно во всей этой ситуации.

- Стекло? А вы разве не слышали объявление о том, что оно разбилось? – ответила борт проводница.

Ее ответ как-то совсем обескуражил Аллена.

- Слышал, но может быть ммм стоит его убрать? Опасно же! - все-таки произнес он.

- Зачем убирать? Посмотрите, как красиво! - укоризненным тоном заявила девушка и отошла.

Мужчина почувствовал себя совсем плохо. В такие ситуации он еще никогда прежде не попадал и просто не представлял, как себя вести. Некоторые пассажиры неодобрительно взглянули в его сторону. Словно не могли понять, почему он возмущается, и чем он не доволен.

Аллен машинально посмотрел в окно, солнце продолжало светить с неистовой яркостью. Отражаясь от стеклянных осколков, рассыпанных по салону, его лучи преломлялись, порождая на свет сотни солнечных бликов. Взрослые и дети, находящиеся в самолете, смотрели на происходящее с неописуемым восторгом, словно никогда раньше не видели солнечных зайчиков. Похоже, одному Аллену было здесь не по себе. Говоря по правде, он испытывал настоящий ужас. Мало того, что в самолете, на котором он летел, неизвестно откуда появилась уйма битого стекла, так еще и все люди словно сошли с ума и радуются солнечным зайчикам, как какому-то небывалому чуду. А что, если и на пилотов распространится это сумасшествие? Ведь им еще как-то надо посадить самолет. Мужчина почувствовал, как на лбу у него выступили капельки пота. Пока что они летели абсолютно ровно, видимо помешательство еще не коснулось летчиков.

Пассажиры в салоне вели себя все более и более странно. Они радовались солнечным бликам, какой-то ненормальной неестественной для взрослого человека радостью. В таком неистовом возбуждении могут находиться люди в состоянии алкогольного опьянения или под действием наркотиков. Они смеялись, весело толкали друг друга показывая то на стекла, то на солнечные блики, возникшие от них. А некоторые уже начали как-то странно коситься в сторону Аллена, как бы не одобряя его слишком спокойного поведения.

Мужчина вжался в кресло. Ему хотелось исчезнуть, оказаться где-нибудь как можно дальше от сюда. Он даже подумал, что если сумеет нормально долететь, то махнет рукой и не станет писать разгромную статью про эту авиакомпанию и, вообще, будет более добрым по отношению к людям. Сейчас он готов был пообещать самому себе и небесам все, что угодно, лишь бы только сойти живым с этого самолета.

А люди в салоне между тем принялись отстегивать ремни, вставать и поднимать с пола стеклянные осколки, вертя их в руках и показывая друг-другу. Из-за чего в проходе собралась целая толпа. Стюардессы так же побросали свои дела и присоединились ко всеобщему безумству. От того, что люди хватали стекла и держали их в руках, солнечные зайчики, отражающиеся от них, прыгали по всему салону, создавая сумасшедшее количество бликов и отблесков. Аллен даже закрыл глаза, лишь бы не смотреть на весь этот солнечный ужас. Он сидел с закрытыми глазами, молясь о том, чтобы вся эта вакханалия поскорее закончилась.

Через некоторое время мужчина почувствовал жуткую тревогу и страх, еще сильнее, чем прежде. Он словно испытал чувство первобытного человека, столкнувшегося с неведомой для него опасностью, но всем своим нутром ощущавшим, что эта неизвестность может стоить ему жизни. Аллен открыл глаза, на первый взгляд ничего вокруг него не изменилось. Приглядевшись, он увидел, что солнечные зайчики, порожденные осколками, зажили какой-то своей самостоятельной жизнью. Они больше не нуждались в помощи людей, многие из которых забросили находившиеся у них в руках стекла и просто наблюдали за тем, что происходит. Теперь блики жили своей собственной жизнью. Они прыгали по салону, принимая различные формы и очертания, становясь то круглыми, то квадратными, то иной другой формы, касаясь абсолютно всех предметов и одинаково интенсивно отражаясь от любой поверхности, что было не свойственно для обычных солнечных бликов.

Люди завороженно следили за этим перемещением. Один Аллен оставался безучастным ко всеобщему восторгу. Мужчина заметил, что солнечные блики подбираются и к нему, и ему ужасно не захотелось, чтобы странный солнечный зайчик касался его лица. Не смотря на всю абсурдность происходящего, он их боялся. Поэтому машинально заслонился, по прежнему сжимаемым в руках блокнотом. А дальше произошло неожиданное. Попав на лист бумаги солнечный лучик внезапно исчез, словно блокнот поглотил его. Аллен недоуменно взглянул на свои руки. Он никогда не слышал о том, что лучи света боятся бумаги. Мужчина отстегнул ремень безопасности и привстал, пытаясь поймать на блокнот еще один солнечный зайчик. Произошло тоже самое. Касаясь листов, блики исчезали. И после того, как несколько из них пропали, поглощённые блокнотом Аллена, мужчина обратил внимание, что они перестали его касаться. На него не попадал больше ни один солнечный зайчик, не смотря на огромное их обилие вокруг.  

Окружающие его пассажиры и стюардессы укоризненно взглянули на мужчину, словно не одобряя такого отношения к удивительным солнечным бликам. Аллен поскорее опустился обратно в свое кресло. Он вдруг понял, что в салоне теперь царит полнейшая тишина. Люди по-прежнему толпились в проходах, смотрели на причудливых зайчиков, но при этом не произносили ни слова. От этой навязчивой гнетущей тишины Аллену стало совсем плохо. Он взглянул в иллюминатор и понял, что самолет уже пошел на снижение.

 «Как хорошо, что хоть пилоты продолжают оставаться адекватными, иначе мы бы просто разбились», - стоило Аллену подумать об этом, как случилось самое страшное, что на его взгляд могло произойти.

В салон вошли оба летчика и принялись молча, но с восторженными выражениями на лицах разглядывать причудливые блики. У Аллена внутри все похолодело. Нет, он должен как-то вмешаться, растолкать их. В конце концов они же пилоты, они должны быть более устойчивы психически, а значит и дольше сопротивляться гипнозу. Мужчина вскочил со своего места и принялся пробираться сквозь толпу собравшихся в проходе пассажиров, к находящимся в другом конце салона пилотам. Сделать это было нелегко, потому что на крики и просьбы «отодвинуться» люди никак не реагировали. Аллену приходилось их буквально отодвигать, прикладывая немало физических усилий. Добравшись наконец до пилотов, Аллен схватил одного из них за плечо.

- Командир, что происходит? Почему вы здесь? Кто управляет самолетом? - взволнованно спросил он.

Но летчик никак не отреагировал. Он даже не обернулся к Аллену и продолжал упорно рассматривать веселые блики. Мужчина не выдержал и схватив пилота обеими руками, принялся трясти его, пытаясь привести в чувство.

 – Да придите же вы в себя наконец, мы же так разобьемся, - закричал он.

В ответ на эти слова летчик отреагировал неожиданно быстро. Молниеносным движением руки он схватил Аллена за горло. Мужчина захрипел, пытаясь высвободиться из этой стальной хватки. При этом глаза пилота были абсолютно пустыми, как у манекена. Было очевидно, что тот ничего не понимает и находится в состоянии какого-то транса, действуя исключительно под действием странной силы, подчинившей его сознание. Аллен понял, что еще чуть-чуть и он просто-напросто задохнётся. Летчик неожиданно ослабил хватку и отпустил его. Окружающие пассажиры обступили их плотным кольцом. Глаза у всех были такими же пустыми, а взгляд отсутствующим. При этом они застыли в какой-то нехорошей решительности. И Аллен понял, что еще одно неосторожное его движение или слово, и люди накинутся на него всей толпой и растерзают, как дикие звери. А потом, когда придут в себя, если они, конечно, когда-нибудь придут в себя, они ни о чем даже не вспомнят. И снова станут милыми и благовоспитанными мужчинами, и женщинами. Но сейчас же они больше напоминали зомби в состоянии транса, готовых на все.

- Ладно, ладно, я все понял, ребят, я обратно пойду на свое место, ок? - стараясь чтобы его голос звучал как можно более добродушно произнес Аллен.

Он даже на всякий случай поднял руки вверх, давая понять, что больше никого трогать не собирается. Сложно было сказать, услышали ли его речь остальные пассажиры, неожиданно превратившиеся в зомби, потому что они продолжали стоять так же неподвижно и безмолвно. Однако, когда Аллен попытался пройти сквозь них обратно к своему креслу, задерживать его они никак не стали.

Мужчина опустился на сидение и с ужасом обхватил руками голову. Что же это такое происходит? Почему все вдруг стали ненормальными? А самое главное от чего он не стал таким же? И хорошо ли это для него или плохо? Судя по всему, сами солнечные блики, казавшиеся теперь Аллену какими-то живыми, также «осознавали», что мужчина не попал под власть их гипноза и не касались его. Либо просто испугались блокнота.

Аллен с тоской и ужасом взглянул в иллюминатор. Самолет упорно шел на снижение. Внизу уже намного более отчётливо была видна водная гладь океана, над которым они сейчас пролетали. Видимо пилоты все же сообразили поставить машину на автопилот, перед тем как совсем лишились рассудка, и теперь благодаря нему они и снижались. Но сможет ли автоматика сама без помощи людей и руководства диспетчеров осуществить посадку, не врезавшись в какой-нибудь другой самолет? Аллен плохо разбирался в подобных тонкостях. Он не знал, способен ли самолет сесть на автопилоте. Все-таки он был журналистом, а не инженером, и тем более не летчиком. Конечно, в глубине души он надеялся на то, что они смогут нормально приземлиться, но на сознательном уровне понимал, насколько это невероятно.

Но что же все-таки с ними случилось? Что это? Такой теракт? Когда всех на самолете отравили дурманящим газом, для того, чтобы летчики бросили свою работу, и неконтролируемая машина врезалась в землю? А что же он? Выходит, Аллен такой счастливчик, на которого этот газ не действует. Или быть может это чудовищный эксперимент над людьми? Кто-то исследует их поведение в самой невероятной ситуации под действием психотропных веществ. Но опять же почему Аллен оказался не восприимчив ко всему этому? Или ничего не действует, потому что ничего и нет? Что если мужчина просто сошел с ума? Такое ведь бывает, что люди теряют рассудок от слишком напряженного графика, или каких-то иных причин. Тогда ему это все просто мерещится. И Аллен подумал, что лучше бы он действительно оказался сумасшедшим, тогда бы все происходящее оказалось нереальным. А его смогли бы вылечить. Он слышал, что современные лекарства способны вернуть больного человека к нормальной жизни.

Мужчина продолжал смотреть в иллюминатор, наблюдая за тем, как самолет постепенно снижается. Ему просто было страшно повернуться и снова взглянуть на ставших агрессивными под действием непонятного гипноза пассажиров. Жутко было смотреть на все те странности, что царили за его спиной. Поэтому Аллен просто сидел и ждал, когда же все это закончится. Ведь ни одна даже самая кошмарная вещь в мире не может длиться вечно.

Теперь до его слуха начали доноситься очередные непонятные звуки. На сей раз это не было похоже на мелодичное стеклянное позвякивание. Нет, это скорее напоминало завывание ветра, как будто шумит метель. И в этом странном и чуждом здесь звуке Аллену начали чудиться какие-то голоса. Словно кто-то пел пугающую песню на незнакомом и чужом языке. Находясь в полнейшем ужасе, мужчина все-таки обернулся и увидел, что солнечные блики теперь двигаются не хаотично, а слаженно и аккуратно, образуя какие-то сложные фигуры и символы. И именно от них от, этих странных бликов и исходил звук, который слышал Аллен. Как будто они не просто двигались, а танцевали в такт какой-то странной песне.

Словно повинуясь взгляду единственного, невосприимчивого к их гипнозу человека, солнечные зайчики стали подбираться к нему ближе. Аллен сперва хотел заслониться от них хотя бы своим блокнотом. Но, потом передумал. Все происходящее вокруг него было настолько бредово и страшно, что ему хотелось, чтобы это как можно скорее закончилось. Пусть уж лучше они убьют его или превратят в такого же зомби, как и остальных, иначе он все равно сам сойдет с ума.

Но, когда солнечные блики коснулись его головы Аллен не почувствовал ничего страшного. Он не умер. Физически с ним ничего не произошло. Но, он вдруг все понял. Как будто ему в голову вложили необходимую информацию. Мужчина все осознал на столько, на сколько, ему позволял его уровень обывателя, незнакомого с точными науками. Незнакомого даже с физикой на должном уровне. Все его знания о свете, полученные из курса школьной программы, сводились к тому, что тот является электромагнитным излучением, или потоком фотонов – световых частиц. Большего Аллен об этом не знал и не помнил. Но, те блики света, которые видел он сейчас, если их конечно, можно было назвать светом, в прямом смысле этого слова, были разумными частицами. Живой материей, живым светом. Да, это были не такие живые существа, как люди, но по-своему они были разумны и логичны.

Как ликовали бы уфологи, будь они сейчас на месте Аллена, ведь он стал прямым свидетелем и участником контакта между двумя инопланетными формами жизни. Вот только ни одна популярная догадка насчет облика внеземных гостей не подтвердилась. Ни зеленых человечков, ни чудовищ с щупальцами, ни сверхразумных гуманоидов. С другой стороны, кто сказал, что они должны выглядеть именно так? Почему все в этой вселенной должно быть похожим на нас? Во вселенной, которая огромна и необъятна. В ней, в каком-то совершенно далеком от Земли уголке родилась совершенна иная форма жизни - «разумный свет», как ее окрестил про себя Аллен. А кто сказал, что все разумное должно происходить из органики? Никого же не смущает возможное появление на нашей же собственной планете искусственного интеллекта, предсказанного многими писателями фантастами. И вот она неорганическая форма жизни. Живые световые частицы, существующие по своим непонятным для людей правилам. Они зародились такими, потому что возможно там, где они обитают, невозможно появление иной формы жизни. Никто ведь не знает в каком мире и на какой планете они могли появиться. Возможно, в тех условиях температуры и других факторов и не могло возникнуть ничего органического. Человек или даже простейшая бактерия просто-напросто там не выжили бы, ведь скорее всего там даже нет воды. Зато есть что-то другое, способное породить живое излучение.

Аллен понимал, что смысл того, что он видел наверняка намного глубже, просто он не может понять всего в силу того, что у него нет нужных знаний. Но, сейчас он чувствовал этот разум, можно сказать он вступил с ним в контакт, который правда не был двусторонним. Мужчина скорее ощущал себя компьютером, в которой с помощью флэшки перекинули нужную информацию. Видимо незнакомцы и не были заинтересованы в том, чтобы услышать Аллена. Он понял, что незваные гости пришли просто посмотреть, изучить их планету. Это не вторжение — это разведка. Они сканировали психику и мысли людей, из-за чего те стали неадекватными. А Аллен по какой-то странной причине не попал под их влияние. И это даже не удивило их, они просто приняли это во внимание. Поставили галочку в своем импровизированном блокнотике. Дескать, вот, попался-таки один странный абориген, не чувствительный к нашему воздействию. Это было для них интересной информацией, но незначительной, потому что они пришли посмотреть, и не хотят оставлять свидетелей своего прихода. Именно поэтому и выбрали самолет. Аллен понимал, что своим присутствием небесные гости способны влиять на работу любых электронных приборов, не зря те отключились уже в самом начале их появления. И теперь они лишат этот самолет шанса приземлиться даже на автопилоте, они все должны разбиться, а люди на земле ни о чем не узнают. Они решат, что самолет был неисправен, что произошло что-то непредвиденное. Они будут строить тысячи догадок и предположений, думая о терактах и еще о чем угодно, но так и не смогут понять истинной причины этой авиакатастрофы.

Возможно небесные гости уже не в первый раз так приходят «посмотреть». И никто не может рассказать об их визите, они не оставляют живых свидетелей. А между тем наблюдают, сканируют, изучают. И неизвестно, довольствуются ли они одним лишь изучением, быть может они планируют вторжение, к которому никто не будет готов.

Аллен все это понимал, они позволили ему это понять, возможно, это так же было частью их эксперимента, но только он ничего не мог сделать. В ужасе мужчина смотрел в иллюминатор на приближающеюся землю. Самолет трясло. И Аллену было страшно, он осознавал всю неизбежность происходящего с ним. Сейчас ему хотелось одного - очутиться как можно дальше от сюда, оказаться вдруг у себя дома. Он не хочет умирать, у него ведь столько незаконченных дел. В это мгновение он вспомнил даже про своего пятилетнего сына, оставшегося дома. Аллен никогда особенно не любил мальчика, должно быть потому что и не любил его мать. И так на ней и не женился. Хотя алименты платил исправно и иногда даже навещал своего сына с дежурным подарком на какой-нибудь праздник. Но, сейчас, в минуту надвигающейся смерти он вспомнил так же и о нем.  

И вдруг произошла еще одна странность, последняя из череды всех необычных событий, случившихся сегодня на борту этого самолета. Солнечные блики вдруг исчезли. Салон без них стал казаться каким-то тусклым. Стекло, рассыпанное по полу, перестало переливаться всеми цветами радугами, а стало похоже на самые обычные стеклянные осколки. Пассажиры и стюардессы, столпившиеся в проходе, постепенно выходили из состояния оцепенения и с непониманием смотрели друг на друга. Похоже люди не могли осознать, почему они все оказались именно здесь.

А самолет между тем уже слишком быстро снижался. Из состояния транса вышли и пилоты. Они бросились обратно в кабину, пытаясь выровнять машину, но высота уже была критически низкой. Стюардессы в панике пытались рассадить пассажиров обратно по своим местам. Всюду царил ужас и страх. Один лишь Аллен спокойно смотрел на приближающююся землю, понимая, что ничего сделать уже все равно нельзя. Они решили, что никто не должен остаться в живых, поэтому вывели из строя все оборудование, пилоты никак не смогут нормально приземлиться. Самолет трясло, слышались чьи-то крики. В иллюминатор во всех деталях уже были видны лес и земля. Аллен закрыл глаза, вцепившись в подлокотники, а через пару мгновений почувствовал чудовищной силы удар и потерял сознание.  

Мужчина с трудом смог открыть глаза. Веки его почему-то стали такими тяжелыми, что это простое действие давалось с каким-то неимоверным трудом. Он медленно приходил в себя. Сперва Аллен долго не мог понять, где он находится, и бездумно пялился на белый больничный потолок. Но затем сознание и память постепенно начали возвращаться к нему. Пошевелиться правда было практически невозможно: на ногах и одной из рук был гипс. Кроме того, все тело стало каким-то чужим и непослушным, а любое движение причиняло сильную боль. Через какое-то время в палату заглянула медсестра. Увидев, что Аллен пришел в себя, она дружелюбно улыбнулась и сказала:

- Наконец-то Вы проснулись, сейчас я доктора к Вам позову.

 Аллен хотел ей ответить, но у него получилось только прохрипеть что-то неразборчивое. Во рту все пересохло и язык стал каким-то тяжелым и неповоротливым. Скоро пришел и его врач – серьезный мужчина лет сорока пяти. Он внимательно осмотрел своего пациента, задал ему какие-то вопросы, нужные для того, чтобы понять на сколько мужчина пришел в себя. И видимо остался удовлетворен, потому что даже вкратце рассказал о произошедших событиях.

Случилась авиакатастрофа, самолет совершил вынужденную посадку. По какой-то непонятной пока причине они не смогли долететь до аэропорта совсем немного и приземлились в поле. Практически все пассажиры погибли. Причины случившегося сейчас устанавливаются. Выжил только Аллен и одна из стюардесс, но она по-прежнему находится в коме. У Аллена тоже множество травм – переломы и ожоги. Десять дней он провел в медикаментозном сне, но сейчас его состояние улучшается, хотя предстоит еще очень длительное лечение.

Когда доктор ушел, мужчина остался один и попытался переварить услышанную информацию, а также привести в порядок мысли в своей голове. Теперь он отчетливо вспомнил все то, что произошло накануне авиакатастрофы и то, что стало непосредственной ее причиной. Но вот было ли это на самом деле так? Сейчас находясь в больнице, в окружении нормальных адекватных людей, все это казалось бредовым и нелепым. Разумный свет, инопланетные наблюдатели, сошедшие с ума пассажиры, неужели все это могло происходить наяву? И ведь ему даже некого об этом спросить, все пассажиры погибли. А стюардесса, оставшаяся в живых, находится в коме и неизвестно выйдет ли когда-нибудь из нее. А если и выйдет, то будет ли в состоянии вспомнить все то, что с ней случилось? Рассказать кому-то о том, что видел, решат, что сошел с ума. В лучшем случае спишут на последствие травмы, а в худшем после того, как заживут переломы и ожоги, отправят еще подлечиться в психиатрическую лечебницу. Аллен не знал, что ему и думать.

Впрочем, много размышлять у него особо и не выходило, так как его мучали сильные боли и плохое самочувствие в целом. К нему в больницу прилетела его бывшая жена с сыном. Они поселились в гостинице неподалёку и теперь приходили его навещать. В какой-то мере Аллен даже был этому рад. Хоть какая-то возможность отвлечься. Но тревожные мысли все равно не покидали его до конца. Особенно не по себе становилось мужчине, когда в палату начинало светить яркое солнце. В такие моменты он даже просил опустить жалюзи под предлогам того, что становится жарко. Он много размышлял о том, как же все-таки странно, что он один видел небесных гостей и при этом сохранил свой рассудок, не впав в транс. И именно он единственный фактически и выжил во время катастрофы. Неужели бывает такое везение? Аллену очень хотелось бы в это верить.

 Тем не менее с каждым днем в его сознание закрадывалась неприятная и гнетущая мысль. Во время своего короткого и одностороннего общения с пришельцами он твердо уяснил, что те не хотят, чтобы их присутствие сейчас стало известно кому-либо на этой планете. А значит и свидетель им не нужен. Но может быть они не узнают, что мужчина выжил, и решат, что все погибли? Шанс такого развития событий конечно был, но все-таки Аллен до конца в это не верил. Помучавшись какое-то время подобными мыслями, он пришел к выводу, что должен кому-то все же сообщить о том, что произошло. Но вот каким образом это лучше сделать? Мужчина вспомнил как легко незваные гости выводили из строя технику, значит доверять диктофону и ноутбуку не стоит. А также отправлять подобную информацию по интернету. Есть один надежный как мир и проверенный способ изложения информации – бумага. Аллен хорошо запомнил, что солнечные зайчики исчезали, соприкоснувшись с листами блокнота, и как потом старались обходить его стороной и не касаться бумажной поверхности.

Поэтому, когда на следующий день к нему пришла его бывшая жена Айрис, мужчина попросил ее записывать за ним под диктовку. Та была не против, но сперва все-таки предложила печатать на ноутбуке, ведь, так было бы намного быстрее, но Аллен категорически это запретил.

- Нет, пожалуйста, пиши на бумаге, а потом сделай как можно больше ксерокопий.

- Это какой-то новый материал для статьи? - перекрикивая шум спросила Айрис.

Шум умудрялся создавать их пятилетний сын Дерек, он решил, что в отцовской палате будет очень к месту поиграть с радиоуправляемым грузовиком и при этом активно комментировал все свои действия. Аллен раздраженно поморщился, еще раз приходя к выводу, что он ужасно не любит детей.

- Это не для статьи. Это хмм мое личное творчество, я решил написать фантастический рассказ.

Жена удивленно приподняла брови, но ничего не сказала. Она привыкла не спорить с мужчинами, кроме того она рассчитывала на возможное воссоединение их пары. Аллен принялся диктовать.

- Сюжет довольно странный, разве такое возможно? - спросила в какой-то момент Айрис.

- Не знаю, но это же просто фантазия, - неуверенно ответил Аллен.

 А когда жена ушла, позвонил своему коллеге журналисту, с которым у него были весьма дружеские отношения. Тот обрадовался, услышав знакомый голос. Еще бы какая удача - выжить после такой ужасной авиакатастрофы.

- Слушай, я тут в больнице творчеством занялся, - неуверенно начал Аллен после того, как они подробно обсудили случившееся с ним. - Решил себя в писательской стезе попробовать. Рассказик небольшой жене надиктовываю. Ты уж если со мной что-нибудь случится, проследи, чтобы опубликовали, ок? Просто очень хочу, чтоб напечатали. Хоть сюжет и так себе, без претензий на шедевр. Но раньше я вообще ничего подобного не писал, это мой первый литературный опыт.

- Дружище, о чем разговор? Книгу, мы, конечно же, опубликуем, будь спокоен. Но ты эти мысли оставь, все уже позади. Еще поработаем вместе с тобой. Ты же считай, в рубашке родился, уже один раз смерть обманул, теперь нечего бояться. Поэтому забудь об этом. А врачи то что говорят?

 - Говорят, что опасность миновала, - сухо ответил Ален.

Его мысли были сейчас совсем о другом.

- Ну, вот увидишь, все наладится, присылай свою работу.

- Айрис тебе сама занесет.

- Да зачем ее гонять? Она и так сейчас к тебе в другой город примчалась. Скинь на почту.

- Нет, я хочу именно так.

Его коллега не стал спорить, видимо решив, что проще будет выполнить прихоть больного человека.

Три дня Аллен надиктовывал свой рассказ жене, и каждый раз его не покидало навязчивое чувство тревоги, что его не оставят в покое. Он не знал, чем его идея с рассказом сможет кому-то помочь, но это был единственный способ сообщить другим людям о вторжении, не сойдя за психа. Если он попадет в дурдом, то эта информация точно не будет услышана, а так возможно кто-нибудь запомнит и, когда будет нужно, вспомнит. Аллен правда сам не понимал, что это будет за «тогда». Будет ли действительно какое-то нападение и война или он просто себя накручивает. В любом случае, если это ему только привиделось, никакого вреда в публикации рассказа так же не будет.

По прошествии этих нескольких дней мужчина начал чувствовать себя значительно лучше. К нему снова пришли Айрис и Дерек. На сей раз непоседливый мальчуган притащил с собой своего кота в переноске и выпустил побегать по палате. Аллен был недоволен.

- Зачем ты это приволок? Здесь больница, а не зоопарк.

- Мне скучно, пап, ты все время лежишь, а мы сидим с тобой. А с ним весело.

Аллен раздраженно поморщился.

- Ты то ему зачем разрешила? - обратился он уже к Айрис.

- Да ладно тебе, пусть ребенок порадуется. Я пойду пока что к врачу не на долго, спрошу, как у тебя сейчас обстоят дела с лечением.

И она ушла. А непоседливый Дерек в это время полез в ее сумочку, видимо пытаясь найти себе еще какое-нибудь развлечение. Через небольшой промежуток времени он издал радостный вопль, видимо найдя искомое.

- Пап, пап, посмотри, как здорово.

Аллен раздраженно обернулся.

- Что там еще?

Зрачки мужчины расширились от ужаса. Дерек не нашел ничего интереснее, чем достать из косметички матери зеркальце и пускать солнечного зайчика, за которым охотился кот.

- Убери его сейчас же! - не своим голосом закричал Аллен.

Мальчик от ужаса выронил зеркальце. Но, было уже поздно. Солнечный зайчик зажил своей собственной жизнью. Он запрыгал, не подчиняясь никаким законам физики, раздвоился, перемещаясь поближе к Аллену. Палата на секунду заполнилась едва слышными звуками причудливой песенки.

Спустя два дня Айрис грустно сидела в холле гостиницы и разговаривала по телефону.

- Врачи считают, что это была внезапная остановка сердца. Такое возможно после стольких полученных травм. И это не удивительно, учитывая то, что он пережил. Дерек, еще пытался всем сказать, будто папа чего-то очень сильно испугался. Доктора говорят, что от испуга такое тоже может быть. Но я думаю, Дерек выдумывает. Чего Аллену было пугаться, находясь в своей палате? А у мальчика такая богатая фантазия. Сегодня он рассказал мне, что папа боялся солнечных зайчиков. Я думаю, это он от стресса воображает себе всякое.

В трубке кто-то сочувственно отозвался. Женщина задумчиво взглянула на папку с листами в ее руках.

«Надо еще не забыть занести рассказ в редакцию», - мелькнуло в ее голове.

Она не забыла выполнить просьбу мужа.